"Правозащитник"

  Ибрагимова Ольга Владимировна                          
Главная » 2012 » Август » 20 » Чекулаева - о компенсации морального вреда
23:01
Чекулаева - о компенсации морального вреда
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
«26» июля 2012 года                                       г.Оренбург
Оренбургский районный       суд Оренбургской области в составе:
председательствующего судьи        Р.А.Солдатковой, с участием прокурора А.В. Храмовой, с участием истца Н.А.Чекулаевой, представителя истца    О.В. Ибрагимовой представителей ответчика Кожемяки А.Ф., Исайкиной Н.В., Шорникова С.В., третьего лица    И.П. Ефимовой
рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Чекулаевой Нины Александровны к бюджетному учреждению - муниципальное учреждение здравоохранения «Центральная районная больница Оренбургского района » о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Чекулаева Н.А. обратилась в Оренбургский районный суд с указанным иском к БУ МУЗ «ЦРБ» обосновывая его тем, что в ноябре 2011 года она обратилась за медицинской помощью в стоматологический кабинет МУЗ ЦРБ к врачу Мауль Т.М. по поводу удаления корней зубов. Удалению подлежали корень на нижней левой челюсти и корень глазного зуба верхней челюсти. Непосредственного после удаления верхнего корня у врача зазвонил телефон, который она достала рукой в перчатке, при разговоре перекладывала его из рук в руки, затем в тех же перчатках продолжила работу, брала салфетки. Через 2-3 дня на десне появился нарыв, который по рекомендации врача она полоскала содой и фурацилином, но легче не стало. Она была вынуждена снова приехать к врачу, где врач разрезала десну и очистила его от гноя. На следующий день у неё поднялась температура, была многократная рвота, а 08.12.2011 года была госпитализирована в терапевтическое отделение с диагнозом: септическое состояние, связанное с перенесенным стоматологическим вмешательством. Синдром выраженной интоксикации. Судорожный синдром. Электролитные нарушения, кетоз, токсическая нефропатия. Сопутствующим заболеванием явилась язвенная болезнь вне обострения. В период с 08.12.20111 года по 21.12.2011 года проводилось интенсивное лечение, в результате которого наступило улучшение состояния, и была выписана под наблюдение участкового терапевта. Считает, что вред ее здоровью был причинен по вине врача Мауль Т.М. Вследствие проведенного лечения обострилась язвенная болезнь и 28.12.2011 года она вновь была госпитализирована уже в хирургическое отделение ЦРБ, где она лечилась по 11.01.2012 года. Врачи ей сообщили, что язвенная болезнь обострилась в результате применения препаратов в терапевтическом отделении.
Указанными действиями ответчика, по мнению истца, ей причинены физические страдания, размер компенсации морального вреда истец оценивает в 150 000 рублей.
В ходе судебного разбирательства истец уточнила исковые требования, просила компенсировать ей моральный вред в размере 150 000 рублей, поскольку было некачественно проведено лечение в стоматологическом отделении ЦРБ, записи в карточке стоматологического больного не соответствуют действительности, клинический диагноз, выставленный в ходе лечения в терапевтическом отделении ЦРБ (септическое состояние) не является, по мнению стороны, правомочным, допущены диагностические ошибки, недооценена тяжесть имеющихся у нее хронических заболеваний и соответственно не выявлена основная причина ухудшения её состояния, лечащим врачом была сознательно допущена гипердиагностика, т.е. указан заведомо более тяжелый диагноз, который в действительности не был подтвержден. После того ей был озвучен диагноз, она сильно переживала, испытывала страх, у нее поднималось давление, врач ей также сообщила, что это второй случай в её практике, и что все думали, что она может не выжить. Уточнила, что десну ей не разрезали, а просто очищали «ложечкой» от гноя.
Представитель истца Ибрагимова О.В. действующая по доверенности от 17.01.2012 года настаивала на удовлетворении иска Чекулаевой. В обосновании своих доводов пояснила, что Мауль Т.М. недостоверно вела медицинскую карту, поэтому её действия сложно было оценить эксперту. Сознательно допустив гипердиагностику врач Ефимова обрекла её доверителя на страдания по поводу озвученного диагноза. Учитывая эмоциональный характер её доверительницы и тот факт, что она как обыватель расценила диагноз септическое состояние как болезнь, влекущую смерть. Кроме того, лечение её доверительницы антибиотиками привело к обострению язвенной болезни. Считает, что ей были причинены глубокие нравственные и физические страдания. Она перенесла судороги, сильные болевые ощущения, впадала в панику. Врачи, отмечая у нее истерический синдром, усугубили её состояние сообщением несуществующего диагноза, свидетельствующего о наличии тяжелого заболевания.
Представитель ответчика Кожемяк А.Ф., действующий по доверенности от 11.07.2011 года (л.д.65) в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, считая, что медицинская помощь Чекулаевой оказана качественно, она выписалась из больницы в удовлетворительном состоянии. Доказать некачественность работы Мауль Т.М. не представляется возможным, это указывается в заключение экспертизы.
Представитель ответчика Исайкина Н.В., действующая по доверенности от 26.07.2012 года (л.д.232)в судебном заседании также возражала против требований истца, хотя и не отрицала, что в работе врачей, лечивших Чекулаеву Н.А., имеются замечания, это отмечено на заседании лечебно-контрольной врачебной комиссии. Между тем также утверждала, что фактически действия врачей были правильными, сепсис в настоящее время лечится, потому не такой уже страшный диагноз, у истицы фактически был предсепсис. Эмоциональная реакция Чекулаевой на диагноз не нашла отражение в гемодинамических показателях (пульс, давление, дыхание).
Представитель ответчика Шорников С.В., действующий по доверенности от 26.07.2012 года (л.д.231) не согласившись с иском, пояснил, что Чекулаева поступила в терапевтическое отделение в тяжелом состоянии, у нее были признаки интоксикации, было несколько версий. Инфекцию желчевыводящих путей подтвердить не смогли по причине отказа больной от обследования РХКБ. Посчитали, что это связано со стоматологическим вмешательством. Сепсиса у неё не было, но была септицимия, антибиотики в лечении были нужны, основной препарат в таких случаях - цефтриаксон. В результате проведенного лечения истец выписалась с улучшением состояния здоровья. Лечащий врач была обязана сообщить диагноз. Между тем, не отрицал, что Чекулаева переживала по поводу своего диагноза.
Каждый из представителей высказал свое несогласие с выводом экспертов относительно возможного влияния препарата цефтриаксона на микрофлору, однако, от проведения дополнительной экспертизы отказались.
Определением Оренбургского районного суда от 06.03.2012 года к участию в деле в качестве третьего лица была привлечена Мауль Т.М. В судебное заседание, назначенное на 26.07.2012 года Мауль Т.М., будучи извещенной, не явилась.
Суд определил рассмотреть дело в порядке ст. 167 ГПК РФ без участия третьего лица.
Участвуя ранее в судебном заседании, Мауль Т.М. возражала против иска, при этом сообщила, что она удаляла истцу только три зуба, возражала против её довода о том, что зуб под № 35 был удален ранее, а записи в медицинской карточке Чекулаевой выполнены её рукой. Однако после проведения комиссионной судебно-медицинской экспертизы и ознакомления с её результатами сменила свою позицию, пояснив, что в действительности она могла ошибиться с зубами № 35 и 45, вместо них, наверное, удалила верхние, слева или напротив. Не помнит, кто заполнял карточку в силу большой загруженности, иногда это делала она, иногда медсестра, часто приходилось заполнять их после смены. Сейчас поняла, что удалила последним верхний корень, не помнит, давала ли направление Чекулаевой на рентгеновские снимки.
Определением Оренбургского районного суда от 20.06.2012 года к участию в деле в качестве третьего лица была привлечена Ефимова И.П. - врач - терапевт ЦРБ Оренбургского района. В судебном заседании возражала против иска, в месте с тем не отрицала, что ею допущен элемент гипердиагностики при определении диагноза Чекулаевой. Диагноз был поставлен первым, чтобы перестраховаться, инструментального подтверждения этому не было, без назначения осмотра стоматолога, но это было сделано не во вред больной. Такой диагноз как минимум должен быть на втором месте. Заболевание лечили в комплексе с другими заболеваниями, в лечении использовала цефтриаксон, это лекарство применяется при лечении всех инфекционных заболеваний и он не мог привести к ухудшению состояния здоровья. Диагноз пациентке озвучила, считает, что он действительно для неё был морально тяжел, но проведено лечение, даны рекомендации, состояние больной улучшилось.
Допрошенный в качестве специалиста Иванов К.М.- заведующий кафедрой пропедевтики внутренних болезней ОГМА пояснил суду, что, будучи привлеченным судом к участию в проведении судебно - медицинской экспертизы в отношении Чекулаевой Н.А. он знаком с материалами. Клинический диагноз, выставленный Чекулаевой в терапевтическом отделении ЦРБ не является правомочным, диагноз «септическое состояние» в настоящее время не существует. Фактически воспаление в организме Чекулаевой Н.А. было, оно связано с патологией желчевыводящих протоков. Данное обстоятельство является причиной обострения язвы. Проведенное в терапевтическом отделении лечении было адекватным, привело к выздоровлению.
Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Храмовой А.В., полагавшего необходимым удовлетворить требования истца, специалиста, свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к убеждению о частичном удовлетворении требований истца по следующим основаниям.
В соответствии с требованиями ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания, вызванные действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в редакции от 06.02.2007 года под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, репутация, достоинство личности, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства, неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред в частности может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, физической болью связанной с увечьем или повреждением здоровья, и др.
Ответственность за моральный вред не находится в зависимости от причиненного имущественного вреда и может применяться самостоятельно.
Материалами дела - медицинскими картами, выписками из истории болезни и пояснениями сторон установлено, что в ноябре-декабре 2011 года истец получала стоматологическую помощь в ЦРБ Оренбургского района.
08.12.2011 года была госпитализирована в терапевтическое отделение указанной больницы, где проходила лечение по 21.12.2011 года. Поступила в лечебное учреждение с диагнозом: язвенная болезнь, обострение, эрозивный антральный гастрит, артериальная гипертензия II ст. 2ст.ВФ.ХСН I. ФК II.
Диагноз клинический: Основной: Септическое состояние, вызванное стоматологическим вмешательством. OCJI: Синдром выраженной интоксикации. Судорожный синдром. Электролитные нарушения. Кетоз. Токсическая нефропатия, гепатопатия.
Диагноз: основной: Септическое состояние, вызванное стоматологическим вмешательством. Осл.: Синдром выраженной интоксикации. Судорожный синдром. Электролитные нарушения. Кетоз. Токсическая нефропатия, гепатопатия. Соп: язвенная болезнь вне обострения. Эрозивный гастрит. ДГР. Рубцовая деформация луковицы 12 п.к. Ожирение III ст. алиментарно - конституционного генеза. Артериальная гипертензия II. 2ст.ВФ.ХСН I. ФК П.Стеатогепатоз. Гиперхолестеринемия.
В соответствии с заключением эксперта №32 от 04.06.2012 года:
1.  У Чекулаевой Н.А.на ортопантомографическом снимке от 02.11.2011 года (до начала лечения в стоматологическом кабинете ЦРБ Оренбургского района) всего зафиксировано 20 зубов (№№ 11, 12, 13, 18, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 31, 32, 33, 35, 38, 41, 42, 43, 44, 46).
На момент проведения снимка зубы №13 (корень), №35(корены- присутствуют; зуб №45 изначально отсутствует.
2. На ортопантомографическом снимке у Чекулаевой Н.А. от 15.03.2012 года всего зафиксировано 14 (четырнадцать) зубов (№№  11, 12, 18, 23, 24, 31, 32, 33, 35, 41, 42, 43, 44, 46). Отсутствуют восемнадцать зубов (№№  17, 16, 15, 14, 13, 21, 22, 25, 26, 27, 28, 38, 37, 36, 34, 45, 47, 48).
В амбулаторной карте стоматологического больного № 0343190 врачом - стоматологом Мауль Т.М. зафиксировано удаление трех зубов(13,35,45), что противоречит имеющимся данным по представленным рентгенограммам. При сравнительном анализе рентгеновских снимков Чекулаевой от 02.11.20111 года и 15.03.2012 года, а также при проведении осмотра Чекулаевой Н.А. в ходе экспертизы выявлено отсутствие шести зубов (№№ 13,21,22,25,26,38). Учитывая вышеперечисленное, записи в медицинской документации (амбулаторной карте стоматологического больного № 0343190), выполненные врачом - стоматологом Мауль Т.М., следует считать недостоверными. В распоряжение экспертной комиссии не представлено медицинских документов, свидетельствующих о прохождении стоматологического лечения Чекулаевой в период со 02.11.2011 года по 15.03.2012 года в других медицинских стоматологических учреждениях. При осмотре ротовой полости Чекулаевой 05.05.2012 года слизистая десны в области удаленных зубов стадии равномерного заживления.
Учитывая вышеизложенное и показания Чекулаевой Н.А., экспертная комиссия приходит к заключению, что данные зубы (№№ 13, 21, 22, 25, 26, 38) могли быть удалены в период лечения Чекулаевой в стоматологическом кабинете ЦРБ Оренбургского района в ноябре - декабре 2011 года.
3. Каких-либо патологических изменений, рубцов в области слизистой ротовой полости Чекулаевой Н.А. в том числе в области 13 зуба (в области которого со слов пациентки произведен разрез десны) при осмотре врачом - стоматологом не определяется. Объективных данных за хирургическое вмешательство - периостомию (вскрытие десны) в области 13 зуба не обнаружено.
4. При анализе представленных медицинских документов Чекулаевой Н.А. диагноз «Сепсис» (септическое состояние, вызванное стоматологическим вмешательством) является неподтвержденным, выставленный не по действующей МКБ-10 и дальнейшей оценке в рамках проводимой экспертизы не подлежит. Медицинским персоналом терапевтического отделения ЦРБ Оренбургского района допущены диагностические ошибки и неверно диагностировано основное заболевание. Ухудшение состояния Чекулаевой, обусловившее поступление её в терапевтическое отделение, вызвано обострением имеющихся у неё хронических заболеваний желудочно - кишечного тракта (язвенная болезнь, хронический панкреатит, постхолецистэктомический синдром) и сердечно­сосудистой системы (артериальная гипертония).
Проведенное стоматологическое вмешательство могло послужить провоцирующим фактором для обострения язвенной болезни 12-перстной кишки. Однако, учитывая полиэтиологический характер данного заболевания, экспертная комиссия приходит к выводу, что установить прямую причинно-следственную связь между проведенным стоматологическим лечением в ноябре - декабре 2011 года и последующим обострением язвенной болезни у Чекулаевой не представляется возможным.
Причинно-следственной связи между проведенным лечением в терапевтическом отделении ЦРБ Оренбургского района и обострением язвенной болезни, осложненной кровотечением, экспертной комиссией не усматривается.
На фоне проведенной антибиотикотерапии (пероральный прием линкомицина и внутривенное введение цефтриаксона) у Чекулаевой Н.А.могло возникнуть изменение микрофлоры кишечника (дисбактериоз). Однако указанный диагноз не подтвержден представленной медицинской документацией и не подлежит дальнейшей оценке в рамках проводимой экспертизы (л.д.162-194).
Из приобщенной в материалы дела по ходатайству ответчика выписки из протокола № 7 от 23.07.2012 года заседания лечебно-контрольной врачебной комиссии Оренбургской ЦРБ следует, что, рассмотрев случай лечения Чекулаевой Н.А. у стоматолога, в терапевтическом и хирургическом отделениях ЦРБ Оренбургского района, комиссия пришла к выводу, что проведенным лечением ни морального ни материального вреда Чекулаевой Н.А не причинено. Вместе с тем приняты к сведению недостатки, выявленные в результате судебно- медицинской экспертизы, также указано, что, судя по клинике, у больной Чекулаевой отмечались признаки истерической реакции (л.д.235-237).
В соответствии с частью 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Анализируя приведенные сторонами доказательства суд приходит к выводу, что в ходе оказания Чекулаевой Н.А. медицинской помощи в ЦРБ Оренбургского района выявлены ошибки медицинского персонала при проведении лечебно-диагностических мероприятий, в постановке диагноза не соответствующему болезни, классифицированной в действующей МКБ- 10, включение в медицинские документы недостоверных сведений. Учитывая, что недостоверные сведения в медицинском документе препятствовали установлению действительной причины заболевания, неверный диагноз был озвучен истцу, с ней же обсуждалась степень тяжести её состояния, зная о возможных негативных последствиях своего заболевания, переживая по поводу неизвестности прогноза на выздоровление, она испытывала глубокие нравственные страдания. Другие доводы истца не нашли своего подтверждения. Возражения представителей ответчика, основанные на субъективной оценке восприятия неподтвержденного диагноза Чекулаевой, судом не принимаются во внимание в качестве допустимого доказательства.
В соответствии с ч. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Принимая во внимание, что здоровье человека является основополагающей ценностью, проведенное ответчиком лечение не повлекло ухудшения состояния здоровья истицы, значительные осложнения или стойкую утрату трудоспособности, суд считает разумным и справедливым с учетом фактических обстоятельств дела и индивидуальных особенностей организма истца удовлетворить её требование частично, взыскав с ответчика денежную компенсацию в размере 10 000 рублей.
В силу требований ст.98 ГК РФ и ст.333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина, от уплаты которой истцы были освобождены при подаче иска в суд.
Руководствуясь ст.ст. 98,167,194 -198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Чекулаевой Нины Александровны к бюджетному учреждению - муниципальное учреждение здравоохранения «Центральная районная больница Оренбургского района» о взыскании денежной компенсации морального вреда - удовлетворить частично.
Взыскать с бюджетного учреждения - муниципальное учреждение здравоохранения «Центральная районная больница Оренбургского района» в пользу Чекулаевой Нины Александровны в счет компенсации морального вреда 10000 рублей, компенсации расходов по оплате государственной пошлины 200 рублей, всего 10200 (десять тысяч двести) рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Категория: Компенсация морального вреда | Просмотров: 3060 | Добавил: Jurist | Теги: возмещение морального вреда